Роль судебной практики в правовом регулировании и правоприменении

Судебная практика и гражданское законодательство

Роль судебной практики в правовом регулировании и правоприменении

Дипломная работа по гражданскому праву

ВВЕДЕНИЕ    51 СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА КАК ЭЛЕМЕНТ МЕХАНИЗМА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ    111.1 Теоретические основы определения понятия механизма гражданско-правового регулирования    111.2 Понятие, формы и функции судебной практики    161.

3 Концепции судебной практики в отечественной юриспруденции    252 РОЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ В РАЗВИТИИ И СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА    322.1 Судебная практика и применение гражданского законодательства    322.

2 Судебная практика как способ обратного воздействия на парламентское нормотворчество в сфере гражданского права    353 РЕШЕНИЯ ВЫСШИХ СУДЕБНЫХ ИНСТАНЦИЙ РФ В МЕХАНИЗМЕ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ    443.1 Влияние на гражданско-правовое регулирование решений гражданской коллегии Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ    443.

2 Правовые позиции Конституционного Суда РФ в сфере гражданского права    53ЗАКЛЮЧЕНИЕ    61СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ    64

ПРИЛОЖЕНИЕ А Схема: судебная практика в системе гражданско-правового регулирования    70

ВВЕДЕНИЕАктуальность темы дипломной работы.

Политические и экономические реформы конца 90-х годов прошлого столетия обусловили формирование в стране правовой системы нового типа, ориентированной на ценности рыночной экономики, что объективно отразилось на господствовавшей ранее в цивилистике идеологии социоцентризма, одной из аксиом которой являлось отрицание правового плюрализма — обстоятельство, обусловившее специфическое развитие цивилистики, известное в науке как правовой позитивизм. Происходящие сейчас изменения парадигмы общественного развития позволяют сделать вывод о том, что назрела необходимость рассматривать право и правовые явления с самых различных позиций, проводить анализ с использованием новых методологических подходов. При этом важно не упускать из вида то, что постсоветское гражданское право развивается под воздействием двух объективных факторов: во-первых, признания естественного права органической частью отечественной правовой системы (п. 4 ст. 15 Конституции РФ); во-вторых, что российская правовая система складывается как интеграция и взаимодействие правовых культур многих цивилизационно неоднородных народов.Сегодня общепризнанным является утверждение о том, что плюралистические идеи, проникающие в юридические исследования, изменили правопонимание: на доктринальном уровне позитивизм уступает место принципиально иным парадигмам, значительно расширяющим трактовку права. В частности, современная научная мысль, касаясь самых разных сторон правопорядка, переосмысливает роль судебной практики в регулировании общественных отношений, в том числе и охватываемых гражданским правом (ст. 2 ГК РФ). При этом требуют ответа следующие вопросы: какова роль судебной практики? правомерно ли наделять ее свойствами источника (формы) права? каков механизм обратного воздействия судебной практики на нормотворческий процесс – лишь толика вопросов того философского пласта, на котором покоится действующий ГК РФ и которые до сих пор не имеют научно обоснованных ответов. Все это говорит о том, что категория «судебная практика» не получила как обобщенной цивилистической характеристики, исследования данной категории носят во многом фрагментарные отражения, не позволяющие создать целостное представление о ее месте и роли в гражданско-правовом механизме регулирования. Можно констатировать: проблемы судебной практики для современной цивилистики имеют статус научных, им будет посвящено не одно монографическое исследование, поскольку в условиях коренных социальных преобразований складывается необходимость проведения ревизии находящихся на службе у общества теоретических моделей организации гражданского оборота.В связи с действием конституционного принципа разделения властей  возникает вопрос: сохранено ли в постсоветской России монопольное право законодательной ветви власти на легализацию права или подобная функция принадлежит и другим ветвям государственной власти, в том числе и судебной? Иными словами, способна ли судебная практика формировать обязательные правила поведения, известные юристам как судебные прецеденты. Существование изложенных проблем судебной практики, их недостаточная исследованность при неоспоримой значимости данного правового образования для всего механизма гражданско-правового регулирования общественных отношений предопределили выбор темы исследования.Степень научной разработанности темы. Исследование любой научной проблемы подчиняется принципу преемственности, отступление от которого обедняет теоретическую мысль. Суждения и выводы предшественников, естественно, заслуживают внимания современников, поскольку позволяют судить о гносеологическом значении доктринальных концепций . В этой связи можно констатировать, что теоретические аспекты проблемы судебной практики всегда считались объектом исследования в юриспруденции. Все отечественные публикации, посвященные данному социальному явлению, на основе хронологического подхода правомерно разделить на три группы: литература, изданная до 1917 г., сочинения советского периода, современные научные работы, изданные после 1990 г. Характерной чертой всех научных изысканий независимо от исторического периода были и остаются вопросы о сущности судебной практики и ее значении для регулирования общественных отношений. Исследователи разделялись в основном на два противоположных лагеря в зависимости от признания или отрицания возможности наделения судебной практики источником права.Если в дооктябрьский период этот вопрос решался положительно , то в советские годы научное сообщество занимало диаметрально противоположную позицию: за судебной практикой не признавалось свойство источника права как вообще, так и в рамках отдельных отраслей системы права.Определяя степень научной разработанности темы, важно подчеркнуть, что с одной стороны, работ много, с другой — обобщающих, фундаментальных по всему спектру современных проблем, связанных с судебной практикой, в отечественной юриспруденции не обнаруживается. Комплексное исследование судебной практики в свое время было впервые предпринято коллективом авторов под руководством С.Н. Братуся в монографии «Судебная практика в советской правовой системе» (М., 1975). До этого вопрос о роли судебной практики анализировался преимущественно в связи с выяснением правовой природы и значения руководящих разъяснений Пленума Верховного суда СССР и пленумов Верховных судов союзных республик (В.И. Каминская, П.Е. Орловский, И.С. Тишкевич и др.). И лишь развитие идей «конкретизации» в правоприменительном процессе ознаменовало кардинальный поворот в оценке места и роли судебной практики в отечественной правовой системе (А.К. Безина, В.В. Лазарев, П.Е. Недбайло и др.): отдельные аспекты судебной практики исследованы в работах А.Б. Венгерова, Н.Н. Вопленко, А.Б. Дороховой, С.К. Загайновой, В.М. Мелихова, В.П. Реутова, А.В. Цихоцкого и др.В последнее десятилетие наблюдается всплеск исследовательского интереса к проблематике судебной практики: активизировалось изучение этого юридического феномена как с общетеоретических , так и отраслевых позиций, аргументируется вывод о необходимости подготовки «солидного труда о роли российской судебной практики в новых условиях» и «эту ответственную и трудоемкую работу мог бы возглавить Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ с привлечением исследователей из других юридических центров» . В современных исследованиях судебный прецедент — форма судебной практики — признается в качестве источника права и результата судебного правотворчества .Объектом дипломной работы выступает судебная практика как правовое явление и возникающие в связи с его существованием общественные отношения.Предметом исследования в дипломной работе является судебная практика как элемент механизма гражданско-правового регулирования.Целью дипломной работы: рассмотреть соотношение судебной практики и гражданского законодательства через разработку правовой концепции, предлагающей определение теоретических и методологических основ роли судебной практики в механизме гражданско-правового регулирования.Достижение поставленной цели связано с решением следующих теоретических и научно-практических задач дипломной работы:— раскрытие понятия механизма гражданско-правового регулирования;— анализ понятия, форм и функций судебной практики;— рассмотрение судебной практики в аспекте источников гражданского права;— изучение ее роли в применении гражданского законодательства;— определение направлений воздействия судебной практики на парламентское нормотворчество;— выяснение вопроса о месте и роли решений Конституционного Суда РФ в механизме гражданско-правового регулирования;— формулирование научно-практических рекомендаций по дальнейшему совершенствованию судебной практики с учетом особенностей ее воздействия на правовое регулирование в сфере гражданского права.Методологическую основу дипломной работы образуют такие принятые в современной науке принципы анализа социальной реальности, как системность, комплексность, объективность при непременной ведущей роли положений диалектико-материалистической методологии, позволяющей исследовать рассматриваемые проблемы в динамике их развития и взаимодействия. Наиболее ценные методы и выводы по проблемам судебной практики дают философия и общая теория права, и, конечно, собственно наука гражданского права. При этом использовались общие и специальные методы научного познания. К числу первых относятся главным образом логические методы — анализ, синтез, индукция, дедукция, а также иные общенаучные методы (системный, исторический). Специальными методами являются сравнительно-правовой, формально-юридический, логико-языковой методы.Эмпирической базой дипломной работы является гражданское законодательство Российской Федерации, а также судебная практика судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Особое место занимает в работе анализ судебных актов и обобщений правоприменительной практики Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, постановлений и определений Конституционного Суда РФ.

Теоретическая основа дипломной работы. Содержащиеся в работе выводы и положения опираются на теоретический фундамент, созданный трудами отечественных правоведов прошлого и современных исследователей.

1 СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА КАК ЭЛЕМЕНТ МЕХАНИЗМА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ1.

1 Теоретические основы определения понятия механизма гражданско-правового регулированияСовременный этап развития российского общества предъявляет высокие требования к правовому регулированию общественных отношений как важному средству воздействия государства на социальные процессы.

Наиболее существенные изменения социальной действительности находят отражение в отечественной правовой системе.В современных условиях возрастает роль и значимость средств правового воздействия на происходящие процессы, и среди них видное место принадлежит гражданско-правовому регулированию.

Вопрос о характере, особенностях гражданско-правового регулирования общественных отношений представляет собой одну из ключевых проблем отечественной цивилистической науки. Актуальность ее исследования обусловлена значением гражданско-правового регулирования.

Необходимость глубокого научного осмысления различных сторон гражданско-правового регулирования, выявление новых аспектов его воздействия на общественные отношения продиктованы практическими потребностями, в том числе задачами повышения роли гражданского законодательства в регламентации общественных отношений, необходимостью прогнозирования развития гражданского законодательства в будущем, выявления факторов, влияющих на данный процесс.

В теории права предлагается разграничивать правовое регулирование и правовое воздействие. Предмет правового регулирования несколько уже предмета правового воздействия. В последний входят и такие экономические, политические, социальные отношения, которые правом не регулируются, но на которые оно, так или иначе, распространяет свое влияние. Правовое регулирование как специально-юридическое воздействие в любом случае связано с установлением конкретных прав и обязанностей субъектов, с прямыми предписаниями о должном и возможном, правовое воздействие — не всегда. Первое означает осуществление правовых норм через правовые отношения, второе — необязательно .

2 РОЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ В РАЗВИТИИ И СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА2.1 Судебная практика и применение гражданского законодательстваСложившаяся судебная практика по тому или иному вопросу не является догмой. Она может меняться. Иллюстрацией сказанному служит следующий пример. Первоначально суды по-разному понимали и применяли ст. 333 ГК РФ.

Одни из них полагали, что применение этой статьи — право, но не обязанность суда, и что установление размера неустойки может быть произведено только при наличии соответствующего ходатайства ответчика, а вышестоящие судебные инстанции не вправе снизить размер неустойки, если суд первой инстанции не использовал это право.

Другие суды, напротив, исходили из того, что при наличии объективных данных, свидетельствующих о явной несоразмерности подлежащей взысканию неустойки с последствиями правонарушений, суд обязан снизить размер взыскиваемой неустойки, применяя ст. 333 ГК РФ.

В итоге в судебной практике утвердилась вторая точка зрения, которая нашла отражение в одобренном Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации обзоре применения ст. 333 Гражданского кодекса РФ от 14 июля 1997 г.  Изменчивы и рекомендации высших судов по вопросам толкования норм гражданского законодательства.

Так как порядок решения вопросов, связанных с назначением ликвидатора, определением порядка ликвидации, гражданским законодательством не определен, то суд назначает ликвидатора и поручает ему осуществить ликвидацию юридического лица.

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

1    Нормативно-правовые акты и иные официальные документы

Источник: https://lekar68.com/?p=396

Глава 1. Организация нотариального дела

Роль судебной практики в правовом регулировании и правоприменении

Б.М. Гонгало, Т.И. Зайцева, П.В. Крашенинников, Е.Ю. Юшкова, В.В. Ярков
Настольная книга нотариуса
Учебно-методическое пособие. 2-е изд., испр. и доп. – М.: Изд-во «Волтерс Клувер», 2004.

Предыдущая

4. Судебная практика

Источником права в современных условиях становится судебная практика в самых разнообразных ее формах. При всей противоречивости высказанных по вопросу о месте судебной практики суждений большинство специалистов разделяют вывод о том, что судебная практика имеет как правообразующее, так и правореализационное значение[52].

Она может быть выражена в форме судебных актов международных органов правосудия, постановлениях Конституционного Суда РФ, Президиума и Пленума Верховного Суда РФ и в определенной мере – Высшего Арбитражного Суда РФ. В условиях осуществления государственного устройства России на принципе разделения властей (ст.

10 Конституции РФ) совершенно иначе можно поставить вопрос о правотворческих возможностях суда и роли судебной практики в правовом регулировании и правоприменении. Концепция судебного прецедента оказывается весьма плодотворной.

Судебная практика в современных условиях не только выступает в качестве предварительной ступени к последующему нормативному регулированию, но и сама становится непосредственным источником такого регулирования.

Причин к тому несколько. Во-первых, суды оказывают воздействие на законодательную и исполнительную власти путем принятия своих актов, контролируя акты иных органов власти. Судебная практика является ориентиром для последующего правотворчества и правоприменения, особенно позитивна в этих процессах роль Конституционного Суда РФ.

Во-вторых, усложняется правовая система. Есть определенные границы детализации законодательных актов, за пределами которых она теряет смысл и закон становится сборников казусов. Гегель справедливо замечал, что «в частном праве так называемое совершенство есть постоянное приближение»[53].

В настоящее время невозможно дать в федеральных законах и иных нормативных правовых актах полную и исчерпывающую кодификацию всего законодательного материала, решить все возможные вопросы, особенно взаимодействия с другими правовыми актами.

Поэтому судебный прецедент выполняет важнейшие функции, ориентируя субъектов гражданского оборота и нотариусов на вполне определенные варианты правопонимания и правоприменения.

Практика международных органов правосудия. Первостепенное значение приобретает международная судебная практика, выраженная в судебных актах Европейского суда по правам человека. В Федеральном законе от 30 марта 1998 г.

«О ратификации Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» содержится заявление о признании обязательными для Российской Федерации как юрисдикции Европейского суда по правам человека, так и решений этого суда, а также заявлений о праве российских граждан на обращение в названный суд за защитой своих нарушенных прав в течение шести месяцев после того, как исчерпаны внутригосударственные средства защиты этих прав.

При этом обязательное значение имеют не только те решения, которые были вынесены против Российской Федерации, но и в целом вся практика Европейского суда по правам человека, независимо от того, кто выступал в качестве заявителя – российские либо иностранные лица, в которой выражена его правовая позиция по тем либо иным вопросам толкования и применения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Не имеет также значения и сфера решения – касается ли оно результатов правоприменительной деятельности судов общей юрисдикции либо арбитражных судов[54]. В частности, ст.

6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, регулирующая право на справедливое судебное разбирательство, распространяется на все имущественные иски, основанные на предполагаемом нарушении имущественных прав, независимо от того, в соответствии с каким законом (гражданским, административным и т.д.) должен быть разрешен спор и какой орган компетентен его рассматривать[55].

Например, для нас значима позиция такого международного органа правосудия, как Европейский суд по правам человека, касающаяся нотариата. В решении Европейского суда по правам человека от 3 апреля 2001 г. по вопросу приемлемости жалобы N 44319/98, поданной О.В.

Романовской против Российской Федерации, Суд отметил, что конвенционные органы последовательно не признавали исполнительно-регулятивные органы профессиональных структур, создаваемых лицами так называемых свободных профессий, в качестве ассоциаций (объединений) по смыслу ст. 11 Конвенции (см.

Постановление Европейского суда по правам человека по жалобе «Ле Конт, Ван Левен и Де Мейер против Бельгии» («Le Compte, Van Leuven and De Meyere v. Belgium») от 23 июня 1981 г., Серия А. N 43. С. 26 – 27, 64 – 65, касающееся Ордена врачей; а также Постановления по жалобам N 14331/88 и 14332/88 «Ревер и Легаллэ против Франции» («Revert and Legallais v. France»).

D.R. 62. С. 309, относительно Ордена архитекторов; N 13750/88 «А. и другие против Испании» («A. and Others v. Spain»). D.R. 66. С. 188, по вопросу коллегий адвокатов).

Цель этих предусмотренных законодательством органов – осуществление контроля и содействие развитию профессиональной деятельности. При этом данные органы выполняют важные публично-правовые функции, преследующие цель защиты прав других лиц.

В связи с этим их нельзя отождествлять с профессиональными союзами, но они тем не менее интегрированы в государственную структуру.

Принимая во внимание положения Основ законодательства РФ о нотариате и законодательно закрепленные функции нотариальных палат, Суд придерживается мнения о том, что такие палаты не могут рассматриваться в качестве объединений по смыслу ст. 11 Конвенции[56].

В данном решении Европейского суда по правам человека подчеркнута публично-правовая природа и особый характер функций нотариальных палат, которым делегированы государственные функции и на которые возложены обязанности по регулированию нотариальной деятельности.

Практика Конституционного Суда РФ. Юридическая сила решений Конституционного Суда РФ характеризуется тем, что они обязательны на всей территории РФ для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, граждан и их объединений (ст. 6 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»).

Решение Конституционного Суда РФ окончательно, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его провозглашения, оно действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

Непосредственное значение для деятельности нотариусов заключается в том, что признание нормативного акта или договора либо отдельных их положений не соответствующими Конституции РФ является основанием отмены в установленном порядке положений других нормативных актов, основанных на нормативном акте или договоре, признанном неконституционным, либо воспроизводящих его или содержащих такие же положения, какие были предметом обращения. Положения этих нормативных актов и договоров не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами (ч. 2 ст. 87)[57].

В этом плане можно привести два Постановления Конституционного Суда РФ: от 24 февраля 1998 г. по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 1 и 5 Федерального закона от 5 февраля 1997 г.

«О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, Фонд социального страхования РФ, Государственный фонд занятости населения РФ и в фонды обязательного медицинского страхования на 1997 год»[58]и от 19 мая 1998 г.

по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 2, 12, 17, 24 и 34 Основ законодательства РФ о нотариате[59].

Практика Верховного Суда РФ. Важное значение имеют решения Верховного Суда РФ, когда указанный судебный орган реализует свои полномочия по проверке соответствия федеральным законам актов Правительства РФ и нормативных актов федеральных органов исполнительной власти, а также разрешает гражданские дела в кассационном и надзорном порядке.

Например, своим решением от 4 августа 1998 г. N ГКПИ 98-238 Верховный Суд РФ признал Положение о порядке выдачи лицензий на право нотариальной деятельности, утвержденное Министерством юстиции РФ 22 ноября 1993 г., недействующим и не подлежащим применению со дня его утверждения.

Важное значение имеет практика толкования Верховным Судом РФ и нижестоящими судами общей юрисдикции применяемого в нотариальной деятельности материального законодательства. Поэтому такая практика обобщается и используется в работе нотариусов, а также публикуется в виде обзоров[60].

Определенное правовое значение имеет и практика Высшего Арбитражного Суда РФ.

Например, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ Постановлением от 20 января 1998 г.

N 5754/97 отметил относительно рассмотрения арбитражным судом жалобы истца на действия нотариуса по поводу совершения нотариальной надписи и принятия в этой части решения следующее.

Данные действия арбитражного суда являются неправомерными, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 49 Основ законодательства РФ о нотариате такие дела подведомственны суду общей юрисдикции. Поэтому производство по делу в этой части подлежало прекращению.

[52] См., например, дискуссию: Судебная практика как источник права. М., 2000. [53] Гегель. Указ. соч. С. 254. [54] На данное обстоятельство справедливо обратила внимание Т.Н. Нешатаева. См.: Нешатаева Т.Н. Первое решение Европейского суда по правам человека по имущественному спору против России: размышления, некоторые выводы // ВВАС РФ. 2002. N 8. С. 141.

Источник: http://netprava.ru/ek/b47/5_6_4.htm

Роль судебной практики в совершенствовании правового регулирования предпринимательской деятельности Рогожин Николай Александрович

Роль судебной практики в правовом регулировании и правоприменении

к диссертации

Введение

Глава 1. Источники права, регулирующие отношения в сфере предпринимательской деятельности 13

1.1 Нормативно-правовые акты как источники права, регулирующие предпринимательскую деятельность 13

1.2 Судебно-правовые акты Конституционного Суда РФ и высших судебных инстанций в системе источников права, регулирующих предпринимательскую деятельность 19

Глава 2. Роль судебно-правовых актов Конституционного Суда РФ и высших судебных инстанций в совершенствовании правового регулирования предпринимательской деятельности 45

2.1 Судебная практика Конституционного Суда РФ по проверке конституционности норм законов в экономической сфере и ее влияние на совершенствование правового регулирования 45

2.2 Акты высших судебных инстанций и их влияние на совершенствование правоприменения и законодательства в области предпринимательской деятельности 98

Глава 3. Тенденции развития процесса влияния судебной практики на правовое регулирование предпринимательской деятельности 147

3.1 Судебная практика и развитие права в сфере регулирования предпринимательской деятельности 147

3.2 Перспективы развития процесса влияния судебной практики на совершенствование правового регулирования предпринимательской деятельности 169

Заключение 185

Список использованных источников и литературы 195

Приложение 1 211

Введение к работе

Актуальность темы исследования.

Своевременное и качественное совершенствование правового регулирования экономических отношений все больше становится актуальной, научной и практически значимой проблемой, поскольку современное российское законодательство, регулирующее предпринимательскую деятельность, находится в процессе становления и неизбежно возникает противоречие между объективными требованиями реальной жизни и «отставанием» нормотворчества. Вследствие чего, с одной стороны, законодательство в экономической сфере характеризуется пробельностью и противоречивостью, с другой, оно чрезвычайно мобильно и нуждается в постоянных изменениях и дополнениях. Другим существенным недостатком в правовом регулировании предпринимательской деятельности является неопределенность, неясность, неконкретность включаемых в законы и иные нормативные акты норм.1

Кроме того, проблема применения законодательства усугубляется тем, что в законодательстве происходит проникновение элементов публичного права в сферу действия частного права и, напротив, проникновение элементов частноправового регулирования в сферу, где господствует публичное право.

2 Вследствие чего, судебно-арбитражная практика часто встречается с серьезными трудностями, когда имеются противоречия между публично-правовыми нормами и гражданско-правовыми нормами. В таких ситуациях неадекватные способы воздействия снижают эффективность правового регулирования.

Одним из средств правового регулирования предпринимательской деятельности является судебная практика высших судов: Конституционного суда РФ, Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. В связи с чем возрастает роль судебной практики как результата судебной деятельности высших судов и исследование механизма ее влияния на совершенствование право-

1 Гаджиев М.В. Рыночная экономика в решениях Конституционного Суда РФ // Российская юстиция. 2001.
№10. С. 21.

2 Яковлев В.Ф. Россия: экономика, гражданское право (вопросы теории и практики). М: РИЦ ИСПИ РАН. 2000.
С. 174.

4 вого регулирования предпринимательской деятельности является актуальной

задачей. Значимость научных исследований механизма влияния судебных толкований на совершенствование правового регулирования предпринимательской деятельности определяется рядом факторов:

принятием новой Конституции Российской Федерации 1993 г.,3 установившей разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную, и рыночных законов: Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» от 25 декабря 1990 г. № 445-1,4 Закона РФ «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» от 27 декабря 1991 г.

№ 2118-15 и Налогового кодекса Российской Федерации (часть 1) от 31 июля 1998 г. № 146-ФЗ,6 законов о несостоятельности (банкротстве); первой части Гражданского кодек-са РФ от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ, определившей понятие предпринимательской деятельности, и второй части Гражданского кодекса РФ от 26 января 1996 г.

№ 14-ФЗ,9 урегулировавшей различные виды договоров, и других законов;

принятием новых федеральных конституционных законов о судебной власти: «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ,10 «О Конституционном Суде Российской Федерации» от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ,11 «Об арбитражных судах в Российской Федерации» от 28 апреля 1995 г. № 1-ФКЗ;12

отсутствием серьезных монографических работ в постсоветский период, посвященных судебной практике и ее роли в правовом регулировании предпринимательской деятельности.

3 Российская газета, № 237,25.12.1993.

4 Ведомости СНД и ВС РСФСР. 27.12.1990. № 30. Ст. 418.

Источник: http://www.dslib.net/civil-pravo/rol-sudebnoj-praktiki-v-sovershenstvovanii-pravovogo-regulirovanija.html

17. Роль судебной и арбитражной практики в правовом регулировании отношений с участием предпринимателей

Роль судебной практики в правовом регулировании и правоприменении

Однимиз средств правового регулированияпредпринимательской деятельностивыступает судебная практика в формеактов высших судов: постановлений иопределений Конституционного Суда РФ,принимаемых при проверке норм федеральныхзаконов или их отдельных положений насоответствие Конституции РФ, постановленийПленума Верховного Суда РФ и (или) ПленумаВысшего Арбитражного Суда РФ иинформационных писем Президиума ВысшегоАрбитражного Суда РФ по вопросам судебнойпрактики.

Судебнаяпрактика имеет теоретическое ипрактическое значение для развитиялюбой системы права, где она в той илииной мере выступает в качестве регулятораобщественных отношений.

Изучениеотношения к судебной практике необходимодля более глубокого понимания природысудебной практики, определения вместес другими источниками права возможностейтаких ее форм, как решения КонституционногоСуда РФ и акты Верховного Суда РФ и (или)Высшего Арбитражного Суда РФ, а такжеповышения эффективности правовогорегулирования предпринимательскойдеятельности.

Длявыявления роли судебной практики вправовом регулировании необходимоопределить само это явление.

судебнаяпрактика в форме постановлений ПленумаВерховного Суда РФ и (или) Пленума ВысшегоАрбитражного Суда РФ по вопросамприменения законодательства выступаетв качестве результата судебнойдеятельности высших судебных инстанций,основанного на анализе и обобщениипрактики, созданной судами первойинстанции, звеном, завершающим процессправоприменения, и выражаемого в видеправоположений (судебных правил),разъясняющих и конкретизирующих врамках закона правовые нормы. Судебнаяпрактика в форме постановлений иопределений Конституционного Суда РФи вырабатываемые в процессе их принятияправовые позиции выступают как результаттолкования Конституции РФ и конституционногоистолкования проверяемых нормативно-правовыхактов, направленный на конституционнуюоценку проверяемого акта. Справедливоотмечает В.А. Туманов: “Вырабатываемыев ходе судебной деятельности “правовыеположения”, определения-дефиниции,правила, указания… обладают определеннойстепенью обобщенности, общепризнанностии обязательности”*(50). Поэтому прианализе указанных форм судебной практикиможно проследить механизм влияниярезультатов судебных толкований направовое регулирование предпринимательскойдеятельности.

Однакосудебная практика как источник праване относится к категории закона, посколькуне обладает признаками такового.

Формулируемые, в частности, в постановленияхПленума Высшего Арбитражного Суда РФпо вопросам судебной практики судебныеправоположения направлены главнымобразом на устранение пробелов в законеи выявленных в правоприменительнойдеятельности противоречий, разъяснениедействующих норм закона. Судебныеправоположения формально действующуюнорму не изменяют и не ставят передсобой задачу заменить действующую нормузакона на другую, но наполняют ееконкретным содержанием, например,расширяя сферу ее применения, уточняямеханизм ее реализации или, наоборот,устанавливая границы ее действия.Устраняя противоречия, высшие судыразрешают юридически тупиковую ситуацию.При этом судебная практика исходит изприоритета закона.

Учитывая,что “дача нормативных разъясненийбазируется на практике судебных органов,связана только с практикой применениязаконов, преследует цель обеспечитьправильное, с точки зрения авторитетногоинтерпретатора, толкование и применениезаконов”*(66), по нашему мнению, имеютсяправовые основания предполагать, чтосудебные правоположения, содержащиесяв разъяснениях Пленумов высших судебныхинстанций, осуществляют дополнительноеправовое регулирование; имеют по своемухарактеру вспомогательное значение поотношению к закону, поскольку их рользаключается в упорядочении отношений,которые либо не урегулированы, либо немогут быть урегулированы непосредственнозаконом в силу неясности и неточностиформулировок; занимают свое особоеместо среди источников права, применяемыхсудом при разрешении спора. Судебнаяпрактика в форме постановлений Пленумоввысших судебных инстанций по вопросамприменения законов создает известныепредпосылки правовой регламентации кусловиям жизни и, являясь одним изэффективных способов совершенствованиязаконодательства, материального ипроцессуального права, укрепляет престижзакона и увеличивает его эффективность.

Такимобразом, современные точки зрения означении судебной практики, ее месте вроссийской правовой системе свидетельствуюто том, что в теории и на практике невыработалось однозначного мненияотносительно роли судебной практики вформе решений Конституционного СудаРФ и постановлений Пленумов высшихсудебных инстанций по вопросам применениязаконодательства. Сложившиеся в доктринемнения можно условно сгруппироватьследующим образом: признается, чтосудебная практика высших судебныхинстанций выступает в качестве источникаправа, является сводом правил, выведенныхиз актов применения норм законодательства;судебная практика – источник праватолько в той части, в какой она находитотражение в разъяснениях Пленумоввысших судебных инстанций и актахКонституционного Суда РФ; актыКонституционного Суда РФ не являютсяисточником прецедентного права; полностьюотрицается какая-либо, даже вспомогательная,правотворческая функция высших судов.

Вместес тем современное состояние законодательствав России в области предпринимательскойдеятельности, объективная невозможностьпринятия совершенных нормативно-правовыхактов, адекватно регулирующих многообразныеразвивающие общественные отношения,вызывают, по нашему мнению, необходимостьоптимального сочетания нормативногои судебного регулирования предпринимательскойдеятельности. Существует тесная связьмежду правоприменением и правотворчеством.В деятельности высших судов накапливаетсяматериал, который в будущем используетсязаконодателем при создании новых норм,и акты высших судов являются “однимиз важнейших источников дляправотворчества”*(68). Формирующаясясудебная практика высших судов выступаеткак в качестве предварительной стадии(этапа) к последующему законодательномуи соответственно нормативномурегулированию, так и самостоятельногонепосредственного источника регулирования.

Или

Судебнаяпрактика в форме актов высших судов -постановлений и определений КонституционногоСуда РФ и постановлений Пленумов высшихсудебных инстанций по вопросам применениязаконодательства – занимает особоеместо в системе источников права. Всесудебные акты по отношению к КонституцииРФ носят подчиненный характер.

С однойстороны, подзаконный характер носяттолько указанные выше судебно-правовыеакты судов общей юрисдикции и арбитражныхсудов, поскольку данные суды в своейдеятельности подчиняются непосредственнозакону, а конкретизация закона ивосполнение имеющихся в нем пробеловосуществляется только в целях егореализации.

Из этого также следует, чтоподзаконные нормативно-правовые актыПрезидента РФ, Правительства РФ иисполнительных органов власти носятподчиненный характер по отношению ксудебной практике, поскольку они немогут применяться в правоприменительнойдеятельности без учета имеющихсясудебных разъяснений положений закона.

Кроме того, решениями федеральных судовуказанные подзаконные нормативно-правовыеакты могут признаваться недействительными(ст. 13 ГК РФ, ст. 253 ГПК РФ, ст. 195 АПК РФ2002 г.).

С другой стороны, КонституционныйСуд РФ проверяет законы на соответствиеКонституции РФ с правом признания ихили их отдельных положений неконституционнымии соответственно утратившими юридическуюсилу (принимая постановления).

Крометого, как показывает практика,Конституционный Суд РФ, не признаваянорму закона неконституционной иоставляя ее действующей, может осуществитьее конституционное истолкование,наполнив ее новым конституционно-правовымсодержанием (принимая определения),которое непосредственно учитываетсяпри применении закона. Иными словами,акты Конституционного Суда РФ стоятнад законами. Соответственно подзаконныенормативно-правовые акты носят такжеподчиненный характер по отношению ксудебной практике КонституционногоСуда РФ. В схематичном виде указаннаясистема источников права дана в Приложении1*(72).

Здесьтакже следует высказаться относительносоотношения толкования норм праваКонституционным Судом РФ и толкованиянорм права Высшим Арбитражным СудомРФ.

Отличие, по существу, заключается втом, что Высший Арбитражный Суд РФ даеттолкование федеральных законов с точкизрения того буквального смысла, которыйизложен в федеральном законе.Конституционный Суд РФ истолковываетпроверяемую норму с точки зрениясоответствия ее Конституции РФ, т.е.

осуществляет конституционное истолкование.Высшему Арбитражному Суду РФ не даноправо толковать применяемый закон сточки зрения его соответствия илинесоответствия Конституции РФ.

Следуетподчеркнуть, что в судебной и законодательнойсистеме законодательные нормы и судебныетолкования не могут существоватьсамостоятельно, изолированно друг отдруга.

На наш взгляд, в рамках указаннойсистемы проблема нуждается в решениине столько путем анализа собственнозаконодательных норм и судебных правовыхпозиций, сколько путем анализа ихвзаимодействия и влияния на совершенствованиеправового регулирования предпринимательскойдеятельности, их влияния на развитиеправа и устойчивости такого процесса,его дальнейше

Источник: https://studfiles.net/preview/4649623/page:4/

Роль судебной практики в процессе правоприменения актов гражданского законодательства

Роль судебной практики в правовом регулировании и правоприменении

Богдановская Г.Н., кандидат юридических наук, помощник председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда.

В процессе исследования автор приходит к мнению о том, что судебная практика – это единственный механизм разрешения проблемы пробелов в праве и эффективный способ наиболее целесообразного пути защиты нарушенных прав и обязанностей сторон.

Значение судебной практики в процессе правоприменения актов гражданского законодательства за последнее десятилетие стало предметом бурной научной дискуссии, что обусловлено сменой научной парадигмы в цивилистике.

Одни авторы признают за актами судебной власти сущность источников права, поскольку судебные решения могут инициировать процедуру внесения изменений в действующее законодательство .

Другие полагают, что исторические условия функционирования правовой системы в России не позволяют придать судебной практике нормообразующие функции .

Пожалуй, единственным компромиссом сторонников полярных взглядов является то, что предметом обсуждения является не вся система актов судебной власти, а только акты высших судебных инстанций (Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации).

Калмыков Ю.Х. Вопросы применения гражданско-правовых норм. Саратов, 1976. С. 31 – 45; Корнаухов М.В. “Недобросовестность налогоплательщика” как судебная доктрина // СПС “Гарант”, 2006; Старилов Ю.Н. Публичные интересы в создании и осуществлении административного судопроизводства // Интересы в публичном и частном праве. М., 2002. С. 20; и др.
Гражданское право: Учебник для вузов / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М., 1997. С. 64 (автор главы – А.А. Иванов).

В последнее время в данном вопросе наметилась еще одна тенденция: приверженцы данной концепции, не называя акты высших судов источниками права, полагают, что данные акты являются регуляторами общественных отношений .

Представляется, что именно данная позиция во многом объясняет специфическую роль актов высших судебных инстанций в механизме правоприменения: не являясь источником права и не нарушая иерархичную систему построения актов гражданского законодательства, они оказывают влияние на регулирование общественных отношений.

Это выражается в том, что акты высших судебных инстанций путем формирования правовой позиции определяют модель правового поведения как в рамках регулятивного, так и в рамках охранительного правоотношения.

Разъясняя нормы права, заполняя пробелы в праве, акты высших судов способствуют развитию доктрины, что в конечном итоге отражается на процессе правотворчества, которым и осуществляется регулирование общественных отношений. Тем самым акты высших судебных инстанций выполняют не только познавательную функцию (в части разъяснения и толкования норм права), но и регулятивную функцию (способствуют регулированию общественных отношений).

Низамиева О.Н. Роль постановлений Пленума Верховного Суда РФ в механизме правового регулирования имущественных отношений в семье // Актуальные проблемы гражданского права и процесса: Сборник. М., 2006. С. 162; Рогожкин Н.А. Судебная практика и ее роль в правовом регулировании предпринимательской деятельности. М., 2005.

В большинстве случаев акты высших судебных инстанций играют традиционную для них роль акта, разъясняющего содержание нормы права. Особенно велико значение актов судебной власти для разъяснения спорных вопросов, возникающих на стыке правоотношений нетождественной правовой природы – частноправовой и публично-правовой.

Так, на сегодняшний день можно констатировать отрицание в практике применения норм публичных отраслей права (налоговое, бюджетное, финансовое) возможности применения частноправовых институтов как средства защиты интересов непубличных участников гражданского оборота. Причем п. 3 ст.

2 Гражданского кодекса РФ позволяет применять частноправовые средства защиты участников публичных отношений, если это прямо предусмотрено публичным законодательством.

Между тем публичное законодательство допускает такую возможность крайне редко, а судебная практика отстаивает позицию недопустимости применения средств гражданско-правовой защиты в публичных отношениях, ссылаясь на их разную правовую природу.

В частности, применительно к отношениям налогоплательщика и государства об этом говорит Постановление Конституционного Суда N 20-П : “…налоговые требования государства и само обязательство налогоплательщика следуют не из договора, а из закона”. Аналогичной позиции придерживается Высший Арбитражный Суд, который в письме от 31 мая 1994 г.

“Обзор практики разрешения споров, возникающих в сфере налоговых правоотношений и затрагивающих общие вопросы применения налогового законодательства” указал, что “отношения между налоговыми инспекциями и налогоплательщиками, складывающиеся в связи с осуществлением налоговыми инспекциями контроля за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет налогов, гражданско-правовыми не являются”. Думается, что в отсутствие законодательных норм, регулирующих вопросы применения частноправовых конструкций в публичных отраслях права, подобная позиция высших судебных инстанций влечет снижение эффективности механизма правовой защиты участников хозяйственных отношений, что определяет незащищенность частноправовых интересов перед носителями публичной власти.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 декабря 1996 г. N 20-П “По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона РФ от 24 июня 1993 г. “О федеральных органах налоговой полиции” // Российская газета. 1996. 26 декабря.

Обобщение практики применения судами налогового и гражданского законодательства позволило разработать в теории новый термин “судебная доктрина как источник права”, – это совокупность прецедентных подходов к решению правовых ситуаций, позволяющих комплексно оценить деятельность субъекта правоотношений, выявить фактическое и волевое содержание его действий как субъекта экономического отношения, структурированного отношениями правовыми .

Корнаухов М.В. “Недобросовестность налогоплательщика” как судебная доктрина // СПС “Гарант”, 2006.

Именно с позиций судебной доктрины можно расценить роль актов Конституционного Суда РФ в разрешении известного спора о конкуренции исков – виндикационного и реституционного – при защите права собственности. В судах общей юрисдикции рассматривались иски о признании недействительными договоров купли-продажи квартир.

Применяя содержащиеся в п. п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ общие положения о последствиях недействительности сделки в части, устанавливающей обязанности каждой из сторон возвратить все полученное по сделке, суды обеспечивали защиту прежних собственников квартир.

Однако при этом оказывались затронутыми права добросовестных приобретателей жилых помещений .

Гаджиев Г.А. О субъективном имущественном праве добросовестного владельца // Актуальные проблемы науки и практики коммерческого права: Сборник / Под ред. В.Ф. Попондопуло, О.Ю. Скворцова. СПб., 2005. С. 269.

Конституционный Суд РФ признал не противоречащими Конституции РФ содержащиеся в п. п. 1 и 2 ст.

167 ГК РФ общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, поскольку данные положения – по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со ст.

302 ГК РФ – не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом .

Таким образом, актом высшего суда сделана попытка обобщения научных взглядов и судебной практики в дискуссии о существовании правового явления “конкуренция исков”, что повлияло на практику правоприменения актов гражданского законодательства, а значит, способствовало стабилизации гражданского оборота в части защиты вещных прав.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 г. N 6-П “По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ в связи с жалобами граждан О.М. Мариничевой, А.В. Немировской, З.А. Скляновой, Р.М. Скляновой и В.М. Ширяева” // Российская газета. 2003. N 81. 26 апреля.

Данный пример доказывает, что разъяснения высших судебных инстанций оказывают влияние не только на “живое право” – позитивное законодательство и его применение, но и способствуют формированию научной теории. Это еще раз доказывает тезис о специфической роли судебной практики в процессе применения актов гражданского законодательства.

Однако не всегда акты высших судов по своему содержанию соответствуют прямому назначению – толкованию норм права. Как отмечалось выше, в ряде случаев постановления высших судов выполняют регулятивную функцию, причем в самом ее гипертрофированном варианте, – создавая либо изменяя норму права.

В частности, подобную функцию акты высших судебных инстанций приобрели при разъяснении спорных вопросов применения норм ст.

395 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в законодательстве однозначного определения термина “учетная ставка банковского процента” как основания расчета процентов за пользование чужими денежными средствами (совместные Постановления Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 и N 13/14 ).

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. N 6/8 “О некоторых вопросах, связанных с применением части 1 ГК РФ” // Вестник ВАС РФ. 1996. N 9.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 8 октября 1998 г. N 13/14 (с изм. и доп. от 4 декабря 2000 г. N 35/15) “О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами” // Российская газета. 1998. 27 октября; Вестник ВАС РФ. 2001. N 3.

Пункт 1 ст. 395 ГК устанавливает, что проценты рассчитываются на основании учетной ставки банковского процента в месте жительства кредитора. С целью установления стабильного ориентира для расчета процентов в п.

51 Постановления N 6/8 были даны разъяснения п. 1 ст. 395 ГК: “…

в настоящее время в отношениях между организациями и гражданами РФ подлежат уплате проценты в размере единой учетной ставки Центрального банка РФ по кредитным ресурсам, предоставляемым коммерческим банкам (ставка рефинансирования)”.

Очевидно, что толкование, данное в Постановлении N 6/8, имеет целью устранение двойственности в определении учетной ставки процента, установление единообразия в судебной практике в применении правил расчета процентов годовых.

Однако думается, что данное разъяснение не только искажает реальное понимание термина “учетная ставка банковского процента”, но и не отражает действительный смысл законодательства.

Во-первых, что мешало законодателю прямо указать на ставку рефинансирования Банка России как основание для расчета процентов, как, например, в ГК Республики Казахстан (п. 1 ст. 353: “…

размер неустойки (за нарушение денежного обязательства) исчисляется исходя из официальной ставки рефинансирования Национального банка Республики Казахстан”)? Во-вторых, при подобном подходе как следовало бы толковать положения нормы п. 1 ст.

395 ГК, которая указывает на учетную ставку процента именно в месте жительства кредитора: какой был бы смысл в данной норме, если ставка была единой для всех кредиторов, то есть принималась в расчет ставка рефинансирования? Более того, подобные разъяснения не соответствуют международной судебной практике (п. 7.4.

9 Принципов международных коммерческих договоров – размер процентов годовых должен составлять среднюю банковскую ставку по краткосрочному кредитованию первоклассных заемщиков) . Еще интереснее представляется изучение данной проблемы в свете толкования норм о расчете процентов по валютным денежным обязательствам. В частности, ст.

395 ГК РФ не уточняет, каким образом определяется учетная ставка, если предметом денежного обязательства явились денежные средства в иностранной валюте. Однако п.

52 Постановления N 6/8 поясняет, что в подобной ситуации необходимо принимать в расчет сведения на основе публикаций в официальных источниках информации о средних ставках банковского процента по краткосрочным валютным кредитам, предоставляемым в месте нахождения кредитора, либо справку одного из ведущих банков в месте нахождения кредитора, подтверждающую применяемую им ставку по краткосрочным кредитам, если подобные публикации отсутствуют. Таким образом, официальное толкование норм ГК РФ исходит из дифференцированного подхода при исчислении размера процентов по рублевым и валютным обязательствам, что вызывает сомнения в обоснованности и целесообразности таких разъяснений применительно к субъектам гражданского права с учетом принципа их равенства (ст. 1 ГК).

Источник: https://wiselawyer.ru/poleznoe/39189-sudebnoj-praktiki-processe-pravoprimeneniya-aktov-grazhdanskogo-zakonodatelstva

ПраваВласть
Добавить комментарий