Оправдательный приговор по ст 119 ук рф

Оправдательный приговор по делу об угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью изменен: исключено основание оправдания по п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием события преступления, поскольку в действиях обвиняемой отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 119 УК РФ

Оправдательный приговор по ст 119 ук рф

Судья: Сысоева В.В.

Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего Андрющенко Г.П.,

судей Павловского О.Б., Флегонтовой А.А.,

при секретаре Б.,

с участием прокурора Гилько Н.Н.,

адвоката Кудинова Р.Е., представившего удостоверение N от ДД.ММ.ГГГГ и ордер N от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшего К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационное представление государственного обвинителя, кассационную жалобу потерпевшего К., возражения адвоката Кудинова Р.Е. на приговор Кимовского городского суда Тульской области от 31 августа 2012 года, по которому обвинительный приговор мирового судьи судебного участка N 81 Кимовского района Тульской области от 27 июня 2012 года отменен,

Г., родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в, не судимая,

оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с неустановлением события преступления.

За оправданной Г. признано право на реабилитацию в порядке, установленном гл. 18 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Флегонтовой А.А., выслушав мнение прокурора Гилько Н.Н., поддержавшей кассационное представление об отмене приговора, выступления потерпевшего К., просившего удовлетворить его жалобу и отменить приговор, адвоката Кудинова Р.Е., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

по приговору Кимовского городского суда Тульской области от 31 августа 2012 года отменен обвинительный приговор мирового судьи судебного участка N 81 Кимовского района Тульской области от 27 июня 2012 года в отношении Г., осужденной по ч. 1 ст. 119 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ сроком на 300 часов.

Г. признана невиновной и оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с неустановлением события преступления.

В кассационном представлении государственный обвинитель С. считает постановленный приговор незаконным и необоснованным и подлежащим отмене.

Полагает, что суд необоснованно положил в основу приговора показания Г., свидетелей стороны защиты, а показания потерпевшего К., свидетеля Л. признал недостоверными.

Отмечает, что суд не допросил в судебном заседании свидетеля К., однако сослался на показания данные ею в суде 1-й инстанции.

Обращает внимание на то, что свидетель У. была повторно допрошена, а ее показания были включены в основу приговора.

Анализирует показания свидетелей У. и считает их противоречивыми.

Полагает, что справка с места работы Г. не подтверждает факт непричастности ее к совершению преступления.

Обращает внимание, что суд не учел в качестве доказательства показания свидетеля А.

Выражает несогласие с тем, что суд апелляционной инстанции посчитал установленным факт конфликта ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ.

Утверждает, что Г. совершила административные правонарушения в отношении К. ДД.ММ.ГГГГ.

Анализирует объяснение Г. от ДД.ММ.ГГГГ в рамках производства по делу об административном правонарушении.

Оспаривает время прибытия автобуса маршрутом Москва — Кимовск на котором приехала Г.

Обращает внимание, что в приговоре суд дал оценку реальности угрозы убийством потерпевшему, хотя сослался на отсутствие события преступления в действиях Г.

Полагает, что суд необоснованно отверг в качестве доказательства по делу орудие преступления — деревянный брусок, который был изъят в ходе осмотра места происшествия.

Оспаривает ссылку адвоката Кудинова Р.Е. на фотографии орудия преступления, сделанные в судебном заседании, хотя фотосъемка проводилась без разрешения председательствующего.

Выражает несогласие с оценкой доказательств.

Обращает внимание на отсутствие беспристрастности суда при рассмотрении дела.

В кассационной жалобе потерпевший К. выражает несогласие с выводом суда об оценке его показаний и свидетеля Л.

Отмечает, что умысла на оговор Г. у него не было.

Анализирует показания Г. и свидетелей У., считает, что суд апелляционной инстанции не дал надлежащей оценки их показаниям.

Обращает внимание на то, что факт совершения Г. преступления подтверждается его обращением в полицию ДД.ММ.ГГГГ.

Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В возражениях на кассационное представление государственного обвинителя адвокат Кудинов Р.Е. считает постановленный приговор законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и кассационного представления, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения.

Решение суда апелляционной инстанции об обоснованности оправдания Г. по ч. 1 ст. 119 УК РФ отвечает требованиям ч. 2 ст. 367 УПК РФ.

Мотивы принятого решения приведены в приговоре и являются убедительными.

Вопреки мнению кассаторов, судебное разбирательство в суде апелляционной инстанции проведено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и, в частности, с соблюдением порядка исследования доказательств, в соответствии с принципом состязательности сторон.

Каких-либо оснований, чтобы не согласиться с выводами суда апелляционной инстанции об оценке доказательств, в том числе показаний свидетелей, судебная коллегия не усматривает.

Вывод о невиновности Г. в совершении инкриминируемого ей преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, является правильным.

Кассационная жалоба и представление не содержат указания на обстоятельства, которые не были учтены судом и могли повлиять на вынесение законного и обоснованного решения.

Суд правильно пришел к выводу об отсутствии реальной угрозы для жизни и здоровья потерпевшего и обосновал ее отсутствие в приговоре.

Что касается утверждения авторов жалоб и представления о том, что Г. должна нести уголовную ответственность за преступление против личности по ч. 1 ст. 119 УК РФ за угрозу убийством К., который воспринял реально и опасался ее осуществления со стороны Г., то такая постановка вопроса не основана на законе и противоречит установленным по делу обстоятельствам.

Вместе с тем судебная коллегия приходит к выводу, что основание оправдания Г. за отсутствием события преступления является ошибочным.

Исходя из обстоятельств дела изложенных в приговоре, судебная коллегия считает правильным изменить основания оправдания Г. с п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ на п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, признав в ее действиях отсутствие состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Для отмены приговора по доводам жалобы и представления оснований не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кимовского городского суда Тульской области от 31 августа 2012 года в отношении Г. изменить и признать основанием оправдания Г. п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием состава преступления, исключив из приговора основание оправдания п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием события преступления.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя, кассационную жалобу потерпевшего К. — без удовлетворения.

Источник: http://www.ourcourt.ru/tulskij-oblastnoj-sud/2012/10/17/423525.htm

Постановление о прекращении дела по ст.116, ст.119 УК РФ

Оправдательный приговор по ст 119 ук рф

Постановление о прекращении уголовного дела по ст.116, ст.119 УК РФ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении уголовного дела

Мировой судья судебного участка № 329 Лосиноостровского района города Москвы с участием государственного обвинителя – помощника Бабушкинского межрайонного прокурора г.Москвы Старцевой И.М. подсудимого Бойко В.Г., защитника адвоката Жуковой О.С. при секретаре Сальниковой С.Т. с участием потерпевшей Л.

, рассмотрев материалы уголовного дела в отношении Бойко В.Н. 1978 года рождения, уроженца г. Хабаровска, гражданина РФ, имеющего высшее образование, работающего в ООО «ХХ», зарегистрированного по адресу: «адрес», не судимого,  обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.119 ч.1, 116 ч.

1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Бойко В.Г. обвиняется в совершении угрозы убийством и имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

11 февраля 2013 года, примерно в 23 часа 40 мин., он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в квартире по адресу: «адрес», в ходе ссоры с Л., учиненной на почве личных неприязненных отношений, подверг ее избиению, после чего схватил последнюю за шею и, высказывая в адрес Л.

угрозу убийством, стал с силой сжимать руками шею Л., лишая ее тем самым свободного доступа воздуха. В сложившейся ситуации потерпевшая данную угрозу убийством восприняла как реальную опасность для своей жизни и здоровья и у нее имелись основания опасаться осуществления данной угрозы.

Он же обвиняется в нанесении побоев и иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ:

11 февраля 2013 года, примерно в 23 часа 38 мин., он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в квартире по адресу «адрес», в ходе ссоры с Л., учиненной на почве личных неприязненных отношений, нанес ей несколько ударов кулаками по лицу и телу, причинив своими действиями Л.

физическую боль и повреждения в виде кровоподтеков в области лица и обеих верхних конечностей, которые не причинили вреда здоровью. Затем, в продолжение своих преступных действий, он (Бойко В.Г.) умышленно схватил Л. руками за шею и с силой стал сжимать руками шею последней, причинив Л.

физическую боль и повреждение в виде кровоподтека в области шеи справа, не причинившее вреда здоровью.

В судебном заседании потерпевшей Л. заявлено ходатайство о прекращении в отношении Бойко В.Г.

уголовного дела за примирением с подсудимым и заглаживанием со стороны последнего причиненного вреда, при этом потерпевшая пояснила, что с подсудимым, с которым она состоит в фактических брачных отношениях, примирилась и простила его, тот принес ей свои извинения, они продолжают проживать одной семьей, ведут совместное хозяйство, отношения в их семье наладились; свое ходатайство заявляет добровольно, его характер и последствия осознает. Подсудимый Бойко В.Г. и его защитник указанное ходатайство поддержали в полном объеме и также просили о прекращении уголовного дела за примирением с потерпевшей и полным заглаживанием причиненного вреда, в соответствии со ст. 25 УПК РФ, при этом подсудимый пояснил, что раскаивается в содеянном, вину признает полностью, сделал для себя выводы из случившегося, отношения с потерпевшей в настоящее время хорошие. Государственный обвинитель не возражал против прекращения уголовного дела в части частного обвинения и возражал против прекращения дела в части ст.119 ч.1 УК РФ.

Суд, выслушав заявленное потерпевшей ходатайство, мнения участников процесса, полагает необходимым прекратить уголовное преследование в отношении Бойко В.Г. по ст.116 ч.1 УК РФ по следующим основаниям.

В соответствии со ст.20 УПК РФ, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления, уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке. Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст.ст.115 ч.1, 116 ч.1, 129 ч.

1, 130 УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым; примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что заявленное потерпевшей ходатайство подлежит удовлетворению, поскольку в данном случае закон связывает прекращение уголовных дел, отнесенных к категории частного обвинения, именно с волеизъявлением потерпевшего. В связи с изложенным, суд полагает необходимым прекратить дальнейшее уголовное преследование в отношении Бойко В.Г. по ст.116 ч.1 УК РФ за примирением с потерпевшей.

Также суд считает возможным прекратить по ходатайству потерпевшей уголовное преследование в отношении Бойко В.Г. по ст.119 ч.1 УК РФ по следующим основаниям.

В соответствии со ст.25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст.76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Подсудимый Бойко В.Г. впервые привлекается к уголовной ответственности, преступление, в совершении которого он обвиняется, относится к категории небольшой тяжести, он согласен с предъявленным обвинением и раскаялся в содеянном.

Подсудимый и потерпевшая, которые состоят в фактических брачных отношениях, примирились, причиненный вред заглажен полностью, претензий со стороны потерпевшей к подсудимому нет, отношения в их семье наладились, о чем свидетельствует представленное суду заявление потерпевшей.

При таких обстоятельствах, суд считает возможным прекратить данное уголовное дело дальнейшим производством в связи с примирением подсудимого и потерпевшей, заглаживанием причиненного вреда, на основании ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 254-256 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Прекратить уголовное преследование в отношении Бойко В.Г., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.116 ч.1 УК РФ, – в соответствии с требованиями ст.20 УПК РФ, за примирением потерпевшего с подсудимым, освободив его от уголовной ответственности.

Прекратить уголовное преследование в отношении Бойко В.Г., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.119 ч.1 УК РФ, на основании ст.25 УПК РФ, ст.76 УК РФ, в связи с примирением подсудимого с потерпевшим и заглаживанием причиненного вреда.

Уголовное дело в отношении Бойко В.Г. дальнейшим производством прекратить, освободив его от уголовной ответственности по основаниям, указанным в описательной части постановления.

Меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, избранную подсудимому в стадии дознания, отменить после вступления постановления в законную силу.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Бабушкинский районный суд г. Москвы в течение 10 суток со дня его вынесения.

Источник: https://advokat-zhukova.ru/postanovlenie-o-prekrashhenii-ugolovnogo-dela-po-st-116-uk-rf-st-119-uk-rf/

Защита при обвинении по ст. 119 УК РФ

Оправдательный приговор по ст 119 ук рф

   Нередки ситуации, при которых граждане сталкиваются с угрозами в свой адрес. Зачастую угрозы носят незначительный характер и не являются поводом для беспокойства. Однако определенный процент угроз непосредственно связан с угрозами убийством или причинением тяжкого вреда здоровью.   Уголовная ответственность за вышеуказанное преступление устанавливается ст. 119 Уголовного кодекса Российской Федерации. Закрепленный данной статьей состав преступления обладает определенной спецификой, благодаря которой его можно рассматривать как состав преступления, создающего опасность.

   Угрозы могут поступать в различной форме:

  • устно;
  • письменно;
  • по телефону;
  • по почте;
  • через сеть Интернет;
  • через средства массовой информации.

   Как правило, угроза должна быть передана непосредственно потерпевшему. Однако не редкость, когда угрозы передаются потерпевшему через третьих лиц.

   Для квалификации преступления крайне важно, чтобы угроза имела реальный характер, а не мнимый. Именно реальность угрозы является основанием опасаться ее осуществления.

   О реальности угрозы могут свидетельствовать:

  • демонстрация оружия перед потерпевшим;
  • жесты устрашающего воздействия.

   Но при этом необходимо отметить, что реальность угрозы – это понятие оценочное и в каждом конкретном случае зависит от определенных обстоятельств: обстановки преступления, взаимоотношения между виновным и потерпевшим и многое другое.

   Важно отметить, что словесная угроза (“убью”, “зарежу”) не всегда может быть воспринята как реальная. Недостаточно и субъективного мнения потерпевшего, что он считал угрозу реальной, опасался ее осуществления.

   Главной задачей при расследовании уголовного дела является установление обстоятельств, ставших основанием для опасения осуществления угрозы.

   Практика показывает, что наиболее серьезным основанием следует считать угрозы, сказанные в процессе совершения насильственных действий в отношении потерпевшего.

   Большое значение при квалификации преступления имеет наличие прямого умысла. В случае если виновный высказывает угрозы умышлено, он сознает, что высказывает угрозу и желает, чтобы эта угроза была воспринята потерпевшим как реальная.

   Простой состав рассматриваемого преступления наказывается обязательными работами на срок до 480 часов либо лишением свободы на срок до 2 лет.

   При этом ст. 119 Уголовного кодекса Российской Федерации закрепляет обстоятельства, оказывающие отягчающие воздействие на размер уголовной ответственности.

   Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, совершенная по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы – наказывается принудительными работами на срок до 5 лет либо лишением свободы на срок до 5.

   Если вы столкнулись с тяжелой жизненной ситуацией и нуждаетесь в надежной правовой поддержке, необходимо незамедлительно обратиться к квалифицированному адвокату по сложным уголовным делам. Его большой практический опыт и глубокие знания уголовного законодательства позволят вам на должном правовом уровне отстоять свои законные права и интересы в суде.

при обвинении по ст. 119 Уголовного кодекса Российской Федерации:

  • оправдательный приговор при обвинении в угрозе убийством;
  • оправдательный приговор при обвинении в угрозе причинения тяжкого вреда здоровью;
  • освобождение из-под стражи в зале суда при обвинении в угрозе убийством;
  • освобождение из-под стражи в зале суда при обвинении в угрозе причинения тяжкого вреда здоровью;
  • переквалификация преступления при обвинении в угрозе убийством, совершенной по мотивам политической ненависти в преступление меньшей степени тяжести;
  • переквалификация преступления при обвинении в угрозе убийством, совершенной по мотивам идеологической ненависти в преступление меньшей степени тяжести;
  • переквалификация преступления при обвинении в угрозе убийством, совершенной по мотивам расовой ненависти в преступление меньшей степени тяжести;
  • переквалификация преступления при обвинении в угрозе убийством, совершенной по мотивам национальной ненависти в преступление меньшей степени тяжести;
  • переквалификация преступления при обвинении в угрозе убийством, совершенной по мотивам религиозной ненависти  в преступление меньшей степени тяжести;
  • переквалификация преступления при обвинении в угрозе причинения тяжкого вреда здоровью, совершенной по мотивам вражды в отношении социальной группы в преступление меньшей степени тяжести.

по ст. 119 Уголовного кодекса Российской Федерации входит:

  • объемная консультация по всем вопросам, связанным с уголовным и уголовно-процессуальным законодательством;
  • детальное изучение обстоятельств, при которых было совершено преступление;
  • правовое заключение адвоката по вашей ситуации;
  • инструктаж, относительно поведения в следственном изоляторе;
  • посещение обвиняемого в следственном изоляторе;
  • доскональное изучение материалов уголовного дела;
  • выявление нарушений, допущенных органами предварительного следствия;
  • изучение доказательств, собранных органами предварительного следствия на предмет их соответствия нормам уголовного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации;
  • участие при производстве допросов, очных ставок и других следственных действий;
  • инициирование и организация проведения независимых экспертиз;
  • определение судебной перспективы уголовного дела;
  • тщательная разработка позиции защиты;
  • подготовка обвиняемого к предстоящему судебному процессу;
  • сбор необходимой доказательной базы;
  • сбор положительных характеристик обвиняемого;
  • составление и представление ходатайств и заявлений;
  • обжалование действий и решений следователя, прокурора, судьи;
  • представление интересов обвиняемого на протяжении всего судебного процесса, до принятия судом первой инстанции окончательного решения по делу;
  • при необходимости оказание правовой поддержки в судах апелляционной, кассационной и надзорной инстанции.

Источник: https://advokatmoskva.info/ugolovnye-dela/uslugi-advokata-pri-obvinenii-v-prestupleniyakh-protiv-zhizni-i-zdorovya/zashchita-pri-obvinenii-po-st-119-uk-5

Особенности уголовной ответственности по ст. 119 ук рф: угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью

Оправдательный приговор по ст 119 ук рф

Ключевые слова: УГРОЗА УБИЙСТВОМ; УГРОЗА ТЯЖКИМ ВРЕДОМ; РЕАЛЬНОСТЬ УГРОЗЫ; ОЦЕНКА УГРОЗЫ; МОТИВ УГРОЗЫ; THREAT TO KILL; THREAT OF SERIOUS HARM; THE REALITY OF THE THREAT; THREAT ASSESSMENT; THE MOTIVE FOR THE THREATS.

Аннотация: В статье рассматриваются проблемы правоприменения и совершенствования конструкции состава преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ (угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью человека).

В современной России право на охрану жизни и здоровья закреплено и гарантировано Конституцией РФ. Уголовный кодекс России направлен на максимальное обеспечение безопасности личности, её жизни и здоровья, физической и психической свободы.

Данные факторы являются существенными условиями обеспечения нормальной жизнедеятельности человека в обществе и сохранности его психического здоровья. Отсюда наиболее опасной формой психического насилия является угроза ему убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Актуальность обращения к данной тематике объясняется факторами: 1.

Резким всплеском преступности данного вида в РФ. По данным Судебного департамента при Верховном суде России, в 2017 году по статье 119 УК «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью» были осуждены более 30 тысяч человек, что почти в четыре раза больше, чем годом ранее [1]. 2. Сложностью квалификации содержания составообразующего признака ст.

119 УК РФ – оценки реальности основания опасаться осуществления этой угрозы.

Неправильная квалификация наличия данного признака является основной причиной вынесения оправдательных приговоров и распространённости незаконных осуждений граждан по данной статье УК РФ с последующей отменой вынесенных судами РФ обвинительных приговоров, что особо отмечается Верховным Судом РФ [2]. 3. Выраженным Верховным Судом РФ намерением о декриминализации исследуемого состава преступления, что может привести к резкому росту насильственной преступности.

Объективная сторона ст. 119 УК РФ заключается в выражении угрозы убийством или причинении тяжкого вреда здоровью другому человеку. Преступление имеет формальный состав. Для уголовной ответственности достаточно осуществления действия, предусмотренного законом.

Преступление признается оконченным с того момента, когда угроза была не только выражена вовне, но и воспринята потерпевшим [3]. Таким образом, угроза представляет собой выраженное вовне намерение совершения действий, опасных для жизни или здоровья потерпевшего. При угрозе убийством — это лишить потерпевшего жизни.

При угрозе причинения тяжкого вреда — это совершение действий, предусмотренных ст. 111 УК. Иначе говоря, угроза — это психическое насилие, оказываемое на сознание и волю потерпевшего. Цель угрозы в законе не определена. Это означает, что она не имеет значения для признания, содеянного преступлением, предусмотренным ст. 119 УК РФ.

Однако если угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью является способом совершения какого-либо преступления, то она, как правило, охватывается основным или квалифицированным составом соответствующего преступления. Например, угроза убийством с целью совершения изнасилования, хищения чужого имущества и т.д.

В то же время, если угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего была высказана после совершения какого-либо преступления, например, с той целью, чтобы потерпевший никому не сообщил о случившемся, то содеянное квалифицируется по совокупности преступлений.

Мотив исследуемого состава преступления в диспозиции ч.1 ст. 119 УК РФ не фиксирован. Но в то же время он имеет исключительное значение для отграничения данного состава от других смежных преступлений, например, хулиганства и квалификации ч.1 и ч.2 ст.

119 УК РФ, предусматривающей ответственность за совершение деяния по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Как следует из материалов судебной практики и положений научных исследований, мотив совершения основного состава ст. 119 УК РФ ограничен личными неприязненными отношениями виновного к потерпевшему. Целью, как правило, является изменение его поведения.

Полагаем, что уточнение содержания данного мотива должно найти отражение в структуре диспозиции ч. 1 ст. 119 УК РФ.

В системе научных взглядов на совершенствование конструкции ст.

119 УК РФ предлагаются варианты его следующих дополнений: 1) введение в основной состав последствий в виде психического вреда здоровью; 2) включение квалифицированных составов по признакам наличия группы лиц и применения оружия или других предметов, используемых в качестве оружия [4].

Полагаем, что данные изменения законодательной конструкции состава ст. 119 УК РФ неприемлемы по следующим основаниям: 1. Последствия в виде психического вреда здоровью не криминализированы в иных статьях УК РФ. 2.

Совершение данного преступления группой лиц не характерно для данного преступления, что подтверждается следственной и судебной практикой. 3. Факт применения при вариантах угрозы оружия или предметов, используемых в качестве оружия, соотносится с оценкой реальности угрозы и его исключение из основного состава существенно затруднит его квалификацию.

Ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью наступает при одном обязательном условии. У потерпевшего должны иметься реальные основания опасаться осуществления этой угрозы. Иначе говоря, угроза должна обладать способностью быть реализованной в настоящий момент или в будущем, быть потенциально опасной для жизни и здоровья потерпевшего.

Важно отметить, что реальность угрозы не означает, что виновный фактически собирался осуществить свою угрозу в действительности. Для привлечения виновного к уголовной ответственности достаточно установить, что у потерпевшего были реальные основания опасаться осуществления высказанной вовне угрозы, выраженной любым способом. Но следует согласиться с мнением Л.

Сердюк о том, что способ — не единственный и не главный критерий определения оценки опасности угрозы (например, демонстрация или применение при этом оружия или иных предметов, используемых в качестве оружия, избиение): не менее определенно потерпевший может оценить реальность угрозы в зависимости от характера его взаимоотношений с виновным, личностных качеств угрожающего, обстановки совершаемого деяния, т.к. лишь «комплекс названных условий, представляющих внешнее и внутреннее содержание угрозы, может составить полное представление о ее реальности и степени опасности» [5]. Полагаем, что в целях исключения фактов необоснованного привлечения граждан к уголовной ответственности за совершённое преступление необходимо указать отмеченные факторы оценки реальности исполнения угрозы убийством или причинением тяжкого вреда в примечании к ст. 119 УК РФ.

Это также позволит более основательно отличать угрозу убийством от покушения на убийство. Проблема разграничения данных составов возникает потому, что и при угрозе убийством, и при покушении на убийство виновный совершает действия, свидетельствующие о серьезности его намерений.

При разграничении угрозы убийством и покушения на убийство, на наш взгляд, следует обращать внимание на следующие моменты: 1) цель действий. При угрозе виновным совершаются действия с целью запугать, оказать устрашающее воздействие на потерпевшего.

Виновный не имеет цели подобными действиями осуществить высказанную им угрозу, либо угрожающий намерен привести угрозу в исполнение позже, не этими действиями. При покушении на убийство выполняются действия, способные по своим объективным свойствам лишить потерпевшего жизни; 2) последствия.

При совершении угрозы убийством действиями виновного фактически не должен быть причинен значительный ущерб здоровью потерпевшего. При покушении же на убийство последствия могут быть любыми, включая тяжкий вред здоровью; 3) возможность причинения вреда.

При угрозе убийством виновный имеет фактическую возможность реализовать угрозу и совершить конкретные действия в этом направлении, но добровольно не осуществляет ее, хотя имеет для этого благоприятные возможности.

При покушении же на убийство действия виновного прерываются помимо его воли по объективным причинам. Представляется, что совокупный учет названных обстоятельств может способствовать более чёткому разграничению данных составов преступлений.

Необходимо отметить и то, что в настоящее время в связи с общей тенденцией гуманизации законодательства активно обсуждается возможность принятия решения о декриминализации ряда составов уголовных составов, что во многом связано с уменьшением степени общественной опасности некоторых преступлений небольшой тяжести и возможностью их отнесения к административным правонарушениям. Верховный Суд РФ, объясняя причины возникновения проекта Федерального закона о декриминализации таких деяний, в том числе ч. 1 ст. 119 УК РФ, в пояснительной записке к проекту Федерального закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности» указывает, что «нередко деяния, квалифицируемые сегодня как преступления небольшой тяжести, либо лица, их совершившие, не обладают достаточной степенью общественной опасности. Негативные последствия от судимости в таких случаях (причем не только для самого осужденного, но и для его близких родственников) не вполне адекватны характеру этих деяний или личности осужденного» [6]. Полагаем, что данное решение в отношении преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ, является неприемлемым по следующим основаниям:

1. Несмотря на некоторое снижение динамики, количество убийств и покушений на убийство составили в 2017 году в РФ 9 738 зарегистрированных преступлений, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью 24 552 [7]. Именно привлечение дебоширов к уголовной ответственности по ст. 119 УК РФ является основным фактором, сдерживающим рост насильственной преступности по наиболее тяжким её видам.

2.

Безнаказанность за выражение угроз убийством, как правило, приводит к более тяжким последствиям: или пользующийся безнаказанностью субъект данной угрозы переходит к исполнению высказанных намерений и реализует их в более тяжком варианта в виде преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 и 111 УК РФ, или же потерпевшие, испугавшиеся возможности их физического устранения, опережают его и сами совершают расправу [8].

3. В уголовном законе РФ в ст. 76 предусмотрена возможность освобождения за данное преступление от уголовной ответственности: лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, к которым относится и предусмотренное ст. 119 УК РФ, может быть освобождено от этого вида ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Список литературы

  1. Куликов В. Взяли на испуг. // Российская газета. 2017. № 7362(196).
  2. Обзор судебной практики ВС РФ № 3 за 2017 год. URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_219925/ (дата обращения 24.10.2018).

Источник: http://novaum.ru/public/p958

Новая практика разрешения дел о вымогательстве

Оправдательный приговор по ст 119 ук рф

В июне этого года УК РФ отметит свое двадцатилетие. Тем не менее за все время его действия не было принято ни одного акта высшего суда, разъясняющего порядок рассмотрения дел о вымогательстве, – суды были вынуждены руководствоваться постановлением, отсылающим к ранее действовавшему УК РСФСР 1960 года (Постановление Пленума ВС РФ от 4 мая 1990 г.

№ 3 “О судебной практике по делам о вымогательстве”; далее – Постановление № 3). В конце декабря 2015 года ВС РФ обобщил сложившуюся за прошедшие годы практику и актуализировал ее с учетом ныне действующих норм (Постановление Пленума ВС РФ от 17 декабря 2015 г. № 56 “О судебной практике по делам о вымогательстве (ст. 163 УК РФ)”; далее – Постановление № 56).

Принятое в 1990 году постановление признано утратившим силу.

Может ли, по мнению Суда, охранник, имеющий доступ к имуществу, быть потерпевшим от этого преступления и как быть, если требование передать имущество является законным, но при этом, сопряженное с угрозой, оно полностью отвечает всем признакам вымогательства? Ранее действующее Постановление № 3 подобных разъяснений не давало. Рассмотрим, чем новые рекомендации ВС РФ отличаются от ранее действовавших и как судам предлагается разрешать эти вопросы.

https://www.youtube.com/watch?v=74IuDq0EWeE

НАША СПРАВКА

Вымогательство – требование передать имущество или права на него либо совершить другие действия имущественного характера под угрозой применения насилия, уничтожения или повреждения имущества, а также под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред их правам или законным интересам (ч. 1 ст. 163 УК РФ). За совершение этого преступления виновному лицу грозит ответственность в том числе в виде лишения свободы на срок до четырех лет со штрафом в размере до 80 тыс. руб.

Закон также предусматривает повышенную ответственность при наличии квалифицирующих признаков – совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, применение насилия или причинение тяжкого вреда здоровью, вымогательство в крупном или особо крупном размере (ч. 2-3 ст. 163 УК РФ). В этом случае самое суровое наказание может составлять 15 лет лишения свободы со штрафом 1 млн руб.

Что является предметом вымогательства? 

Если в ранее действовавшем постановлении подробно предмет вымогательства не описывался (в различных фрагментах текста встречалось лишь общее упоминание об “имуществе” и “праве на имущество”), то в Постановлении № 56 предмету этого преступления уделено особое внимание (п. 2-3 Постановления № 56). Суд напомнил, что по смыслу закона к предмету вымогательства относится:

С правовыми позициями судов при рассмотрении споров о взыскании с ответчика компенсации морального вреда за вымогательство ознакомьтесь в Энциклопедии судебной практики интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!

Получить доступ

  • чужое, то есть не принадлежащее преступнику, имущество (вещи, наличные и безналичные денежные средства, ценные бумаги);
  • имущественные права, в том числе права требования и исключительные права. ВС РФ отдельно указал, что имущественными правами могут быть, например, удостоверенная в документах возможность осуществлять правомочия собственника или законного владельца в отношении определенного имущества (например, доверенность на право управления и/или распоряжения имуществом или свидетельство о праве постоянного (бессрочного) пользования и др.);
  • другие действия имущественного характера, то есть действия, не связанные непосредственно с переходом права собственности или других вещных прав. К ним Суд отнес безвозмездное производство работ или оказание услуг потерпевшим в пользу вымогателя, а также исполнение потерпевшим за виновного определенных обязательств. 

Тем самым, хотя данные разъяснения и не носят революционный характер, ВС РФ помог судам в вопросе толкования действующих норм, дав им необходимый ориентир в понимании предмета вымогательства и его составляющих – ранее судам приходилось самостоятельно решать этот вопрос.

Кто может быть потерпевшим? 

Как уточнил ВС РФ, потерпевшим от вымогательства может быть признан не только собственник или законный владелец имущества, но и другой его фактический обладатель, которому причинен физический, имущественный или моральный вред. В этом качестве может выступать, например, охранник или иное лицо, имеющее доступ к имуществу в силу своих служебных обязанностей или личных отношений – завхоз, бухгалтер и т. д. (п. 4 Постановления № 56).

При этом УК РФ не разъясняет, кто считается близкими потерпевшего, распространением сведений о которых ему могут угрожать. Суд определяет круг близких людей максимально широко и уточняет, что к ним следует относить:

  • супруга (супругу);
  • близких родственников (родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и сестер, дедушек, бабушек, внуков);
  • иных родственников;
  • лиц, состоящих в свойстве с потерпевшим;
  • лиц, жизнь, здоровье и благополучие которых дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений (п. 5 Постановления № 56).

Утратившее силу постановление относило к числу близких потерпевшего лишь близких родственников и иных лиц, чьи жизнь, здоровье и благополучие ему дороги, а следовательно, обеспокоенность потерпевшего в отношении дальних родственников и лиц, состоящих с ним в свойстве, нужно было еще подтвердить. ВС РФ упростил жертвам вымогателей задачу.

Как следует квалифицировать деяние, если требование преступника является законным? 

Нередко бывает и так, что человек требует передать ему имущество или право на него либо совершить другие действия имущественного характера по вполне законным основаниям.

Это возможно, в частности, когда одно лицо выполнило свои обязательства по сделке и, например, передало денежные средства, а другое лицо уклоняется от своего обязательства по передаче имущества, оказанию услуги и т. д.

Случается, что при этом свое требование просящий сопровождает угрозой или агрессивными действиями.

Такие действия, по мнению ВС РФ, не влекут уголовную ответственность за вымогательство. При наличии признаков состава другого преступления, например, самоуправства (ст. 330 УК РФ) или угрозы убийством (ст. 119 УК РФ), Суд советует квалифицировать содеянное по соответствующей статье (п. 13 Постановления № 56).

При этом самое суровое наказание за эти преступления мягче, чем аналогичные санкции за вымогательство.

Так, при самоуправстве лицо не может быть привлечено к ответственности в виде лишения свободы, исключение составляют лишь применение лицом насилия или угроза его применения – в этом случае нарушитель может быть лишен свободы на срок до пяти лет.

А за угрозу убийством максимальный срок лишения свободы составляет два года, хотя в настоящий момент Госдума приняла к рассмотрению законопроект1, которым предложено декриминализировать это преступление и предусмотреть за него не уголовную, а административную ответственность в виде ареста до 30 суток, или обязательных работ, или штрафа в размере 50 тыс. руб.

Этот вывод особенно важен, поскольку в ранее действовавшем постановлении Пленума ВС РФ подобного уточнения не было.

МНЕНИЕ

Константин Кудряшов, адвокат, член Адвокатской палаты г. Москвы:

“Несмотря на то, что в опубликованном документе отсутствуют какие-либо радикальные нововведения – он скорее систематизирует наработанную за последние годы практику – считаю данное разъяснение ВС РФ важным.

Это правило существовало на практике, но то, что Суд сформулировал его однозначно и недвусмысленно, позволит в будущем не оказаться на скамье подсудимых большому количеству людей, по сути, вымогателями не являющимися”.

Другие выводы 

ВС РФ отметил, что вымогательство по общему правилу предполагает наличие угрозы применения любого насилия, в том числе угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (п. 6 Постановления № 56).

Важно, что такую угрозу потерпевший должен воспринимать как реальную и опасаться ее осуществления. При этом не имеет значения, выражено виновным намерение осуществить ее немедленно либо в будущем.

Некоторые юристы считают, что данное положение следует дополнить, указав критерии, которые позволят судить о реальности такой угрозы.

МНЕНИЕ

Антон Матюшенко, президент Ассоциации честных адвокатов, член Международного Союза Адвокатов:

“ВС РФ разъясняет, что угроза, которой сопровождается требование при вымогательстве, должна восприниматься потерпевшим как реальная, но не приводит примеров, когда угроза может восприниматься таковой, и не указывает критерии реальности.

В этой ситуации возможен отказ в возбуждении уголовного дела и непризнание судами некоторых вымогательств преступлениями. Потерпевшие будут считать реальной каждую угрозу, тогда как сотрудники правоохранительных органов на практике соглашаются с этим только тогда, когда угроза подкрепляется демонстрацией оружия.

Поэтому могут возникнуть случаи, когда потерпевший от вымогательства не сможет получить защиту от государства”.

Суд также уточняет, что к сведениям, позорящим потерпевшего или его близких, следует относить сведения, порочащие их честь, достоинство или подрывающие репутацию – это может быть, например, информация о совершении этими лицами правонарушения или аморального поступка. При этом совершенно неважно, соответствуют ли эти сведения действительности (п.

12 Постановления № 56). Появилось и еще одно важное уточнение – к сведениям, распространение которых может причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких, ВС РФ отнес данные, составляющие охраняемую законом тайну.

Ранее действовавшие разъяснения не содержали уточнения ни о банковской, ни о коммерческой, ни о какой-либо другой тайне.

Стоит также иметь в виду, что распространение в ходе вымогательства заведомо ложных сведений, незаконное распространение данных о частной жизни лица, разглашение тайны усыновления, а также охраняемых законом сведений образуют совокупность преступлений, предусмотренных как ст.

163 УК РФ, так и соответствующими нормами уголовного законодательства (ст. 128.1 (“Клевета”), ст. 137 (“Нарушение неприкосновенности частной жизни”), ст. 155 (“Разглашение тайны усыновления (удочерения)”) и ст.

183 (“Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну”) УК РФ).

Решая вопрос об отграничении грабежа и разбоя от вымогательства, сопровождаемого насилием, ВС РФ рекомендовал судам учитывать следующее:

  • при грабеже и разбое насилие является средством завладения или удержания имущества, а при вымогательстве оно подкрепляет высказанную преступником угрозу;
  • при грабеже и разбое завладение имуществом происходит одновременно с совершением насильственных действий либо сразу после их совершения, а при вымогательстве умысел виновного направлен на получение требуемого имущества в будущем (п. 10 Постановления № 56).

Вымогательство, добавил ВС РФ, является оконченным преступлением с того момента, когда соединенное с угрозой требование передать имущество или совершить иные действия имущественного характера доведено до сведения потерпевшего. И неважно, выполнил потерпевший данное требование или нет (п. 7 Постановления № 56).

*** 

Оценивая Постановление № 56, юристы склонны приветствовать действия ВС РФ, отмечая как преемственность между ранее действовавшими и нынешними разъяснениями, так и подчеркивая важное значение нового документа.

МНЕНИЕ

Андрей Комиссаров, адвокат, руководитель коллегии адвокатов “Комиссаров и партнеры”:

“Ряд правовых позиций, нашедших свое отражение в новом постановлении ВС РФ, в той или иной степени плавно перетек из старого постановления 1990 года.

К таким, в частности, можно отнести положение о неоднократных требованиях передачи одного и того же имущества, которые не образуют совокупности преступлений (п. 3а Постановления № 3, п.

8 Постановления № 56), вопросы отграничения грабежа и разбоя от вымогательства, соединенного с насилием (п. 2 Постановления № 3, п. 10 Постановления № 56) и др.

Однако данное постановление полезно именно с точки зрения определения и конкретизации ВС РФ некоторых понятий, таких как “право на имущество”, “другие действия имущественного характера”, “потерпевший”, “близкие потерпевшего”, “иные сведения, распространение которых может причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего либо его близких” и т. д.”.

“В ранее действовавших разъяснениях нет некоторых понятий, использованных Судом в Постановлении № 56, поскольку в то время просто не существовало, например определений коммерческой, налоговой тайны и т. п.”, – добавляет Константин Кудряшов. “Новое постановление безусловно полезно уже только потому, что принято во время действующего сегодня УК РФ”, – заключает Антон Матюшенко.

Таким образом, Постановление № 56 стало важным шагом на пути совершенствования правоприментельной практики – в нем ВС РФ не только актуализировал рекомендации по рассмотрению дел о вымогательстве, приведя их в соответствие с действующим законодательством, но и существенно уточнил ряд важных практических вопросов, ответы на которые ни в УК РФ, ни в Постановлении № 3 закреплены не были, – начиная с уточнения и расширения круга близких людей, распространением сведений о которых может угрожать вымогатель (п. 5 Постановления № 56), и заканчивая включением банковской, коммерческой и иной тайны в перечень сведений, распространение которых может причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего (п. 12 Постановления № 56).

Документы по теме:

Источник: http://www.garant.ru/article/692766/

ПраваВласть
Добавить комментарий